К чему дорога, если она не ведет к храму?.. (с)
Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует...
Он к свету рвется из ночной тени
И, свет обретши, ропщет и бунтует.
Безверием палим и иссушен,
Невыносимое он днесь выносит...
И сознает свою погибель он,
И жаждет веры — но о ней не просит...
Не скажет ввек, с молитвой и слезой,
Как ни скорбит перед замкнутой дверью:
«Впусти меня! — Я верю, Боже мой!
Приди на помощь моему неверью!..»
Ф. И. Тютчев.
10 июня 1851
Но не знает смерти - жаба
Триста тысяч трупов оживил
Agen Price из ада
Глубоко в могилу ты нас продал с потрохами в ад
Вечный путь
К Сатане.
Призрак зла
Мой кошмар.
Ярость крыс
Кольца змей,
Я готов
Всё продать.
Огненной рукою Дьявол
Подписал с тобой контракт
Триста тысяч стонет в муках
В адских жарятся кострах
Суд идет
Время жить.
Трупов месть
Ночь ножей.
Мы найдем
Твою жизнь.
Грязный морг
Мавзолей.
В огненном дыханьи зла идёт предсмертный час
Каркасы Преисподней содрогаются от нас
В ад ! В ад !
Лифт на эшафот !
Триста тысяч грязных мертвецов везёт
Где же твои деньги,
Чтоб живьём меня купить
В кошмаре полнолунья
В потёмках придушить
Кровь ! Кровь !
Я выпил твою кровь !
Я видал в гробу тебя и всю твою любовь !
Он не солгал нам, дух печально-строгий,
Принявший имя утренней звезды,
Когда сказал: "Не бойтесь вышней мзды,
Вкусите плод, и будете, как боги".
Для юношей открылись все дороги,
Для старцев - все запретные труды,
Для девушек - янтарные плоды
И белые, как снег, единороги.
Но почему мы клонимся без сил,
Нам кажется, что кто-то нас забыл,
Нам ясен ужас древнего соблазна,
Когда случайно чья-нибудь рука
Две жердочки, две травки, два древка
Соединит на миг крестообразно?
Н. Гумилев